- Пустяки, - ухмыльнулся шериф. - В нашем городе не происходит ничего особенного. Работает радио и телевидение, приходят и уходят письма - обычные и электронные, раздаются телефонные звонки, приезжают люди... и уезжают, став верными слугами Владыки. Все, как всегда.

- И все же...

- Насколько мне известно, ваша группа обязана была лишь дать начальству знать о себе, а отчет вы будете писать после возвращения, - перебил он. - И оно состоится, если вы, Картер, прекратите сопротивляться. Едва вы откроете нам свой разум, вас с Линн тотчас отпустят домой, в Вашингтон.

- Понимаю, - медленно произнес Картер. Он был слаб, но все-таки нашел в себе силы встать на ноги и твердо произнести: - Я сбегу отсюда! Вы мне поможете?

- Зачем это мне? Для чего мне связываться с неудачником, которого, все равно, поймают? Вы же видели, что я выполняю любую волю Господина. И вовсе не потому, что он постоянно руководит мной! Мне доставляет удовольствие служить ему! Нам принадлежит будущее этого мира!

Эти слова не вязались с тем, как шериф поступил сразу же после того, как их произнес. Он достал из кармана ключ и отпер дверь клетки. Затем он повернулся и направился к ведущей вниз лестнице.

Джулия Линн сидела в мягком удобном кресле и смотрела на идеально гладкую черную стену. Кроме женщины, в гигантском зале находилось еще несколько сотен человек, чьи личности по тем или иным причинам заинтересовали вездесущего Владыку.

- Вы - мои рабы, - послышался неживой механический голос. - Я отдаю распоряжения, а вы их исполняете. Такова ваша жизнь, которой вы вполне довольны. Не существует ничьей воли, за исключением моей. Вы хорошо это знаете. Созданный мной мир идеален, в нем все гармонично, поскольку подчиняется единственному повелителю - мне!

Эта тирада звучала снова и снова, в разных вариациях, и Линн мысленно повторяла ее, не вникая в смысл. Сопротивляться она не могла, не было сил даже на то, чтобы не слушать, что говорит Хозяин.